Чирагский проект добычи ранней нефти

20 ноября 1994 года консорциум нефтяных компаний подписал контракт с Азербайджаном. Консорциум Azerbaijan International Oil Corporation (AIOC), возглавляемый компанией British Petroleum, в течение 30-летнего периода инвестирует в добычу нефти восемь миллиардов долларов. Было решено, что консорциум займется разработкой скважин Азери, Чираг и Гюнешли в Каспийском море, понеся затраты в размере 7,4 млрд. долларов. Консорциум полагает, что он сможет добыть из этих трех скважин до четырех миллионов баррелей нефти и начиная с апреля 1999 года в рамках проекта добычи ранней нефти началась добыча и транспортировка к побережью Черного моря от 100 000 до 150 000 баррелей нефти день.

Чирагский проект добычи ранней нефти был первым крупномасштабным проектом в каспийском регионе, который вовлек в “большую каспийскую игру” главный орган Всемирного Банка по кредитованию частного сектора, МФК, и ЕБРР, при совокупных инвестициях в проект в размере 200 млн. долларов. Согласно заявлениям ЕБРР, такой вид “долгосрочного финансирования, предоставляемого ЕБРР и МФК, ранее не был доступен для региона, и обязательства этих банков будут положительно сигнализировать о финансировании проектов в регионе”.

Банк также обязался обеспечить использование в проекте только наилучших доступных технологий. Однако консорциум использовал только “наилучшие доступные технологии, не ведущие к чрезмерным затратам”, сильно отстающие от наилучших доступных технологий, которые обычно используются в развитых странах.

Экологические проблемы

Экологические проблемы проекта так и не решены. У НПО возникало множество опасений в связи с охраной окружающей среды еще на самых ранних этапах проекта, а следующие требования так и не были удовлетворены:

• повторное закачивание отходов бурения в подводные пласты;
• использование несинтетических буровых растворов на протяжение всех этапов проекта;
• обязательная модернизация и изменение маршрутов предложенных наземных трубопроводов;
• оценка совокупных выбросов парниковых газов.

Начиная с 1997 года, когда начал функционировать проект “Чирагская платформа-1”, в Каспийское море сливаются сточные воды, полученные в ходе эксплуатации. Хотя в ОВОС утверждается, что проблема утилизации сточных вод будет изучена и “вода будет сливаться на глубине 50 метров от основного уровня Каспия для предотвращения повреждения плодородной биологической зоны”, сейчас вся выбуренная порода, сточные воды и синтетические буровые растворы сливаются прямо в море. Еще одна экологическая проблема проистекает из решения учредителей проекта использовать преимущественно синтетические водные растворы, которые очень токсичны для водной флоры и фауны и уже запрещены в Северном море.

Подводный трубопровод заканчивается на морских донных пастбищах осетра. Все это оказывает негативное воздействие на популяции осетрины и лосося, а также становится причиной смерти множества тюленей.

Еще один тревожный момент — строительство западного магистрального экспортного трубопровода (ЗМЭТ), который проходит через пять заповедников и в непосредственной близости от намеченных заповедных зон. Он пересекает более 27 водоразделов, что создает определенную вероятность разлива или прорыва вблизи ручьев или других уязвимых мест. Что же касается терминала в Супса, расположенного вблизи болот Колхети и находящегося под защитой Рамсарской конвенции, то в базовом исследования воздействия на окружающую среду подчеркивается, что “Заповедник Колхети расположен в одной из наиболее уязвимых зон, примыкающих к озеру Палиастоми, а терминал в Супса потенциально может оказать негативное воздействие на уникальный биоценоз болотистой местности и леса Колхети. Поэтому было бы очень желательно увеличить территорию этого заповедника”.

В 1997 году уже была одна авария на Северном магистральном нефтепроводе, когда 1 000 тонн нефти случайно вылилась в море через отверстие, вызванное коррозией. Из-за нескольких, так называемых "технических неполадок", вроде обнажения трубопровода, в 1998-1999 гг. надолго прекращалась транспортировка нефти по наземной части магистрального Северного и Западного нефтепровода

Много разливов было также на ЗМЭТ. 5 мая 2002 года на севере Грузии разлилось около двух тонн нефти на площади почти 1 000 кв. км. Согласно отчетам, нефтепровод был поврежден ворами, охотящимися за нефтью. Транспортировка была приостановлена на два дня. Последний разлив произошел в октябре 2005 года, когда около 60 тон нефти вылилось недалеко от поселка Норио, что вблизи заповедника Гардабани. По заявлениям компании, разлив был вызван пробоиной в трубе, которую сделала группа лиц.

Проблемы прозрачности

Процесс принятия решений в отношении экологических стандартов проекта оказался совершенно непрозрачным. Типичный пример тому — тот факт, что ОВОС оказалась пустопорожним документом, излагающим результаты других исследований. К тому же, тогда к ней не имели доступа ни граждане, ни общественные финансовые институты, поддерживающие проект. Также существовало соглашение о закрытом порядке принятия таких важных решений в отношении охраны окружающей среды, как план реагирования в случае выброса промышленных отходов и утечки нефти, так что у банков и общественность не было никаких возможностей для контроля.

Банки поставили условием раскрытие результатов мониторинга и важной информации, содержащейся в Приложении 1 к документам ОВОС. Однако этот опыт оказался довольно неудачным. В особенности это касается документов, подготовленных после выплаты ссуды, например таких, как отчеты о мониторинге состояния окружающей среды и планы реагирования в случае разливов нефти. В Грузии, где гражданское сообщество более развито, НПО вынудили местное подразделение компании BP обнародовать свой план реагирования в случае разливов нефти. Тем не менее, в Азербайджане, где утечка нефти может привести к экологической катастрофе в Каспийском море, компания AIOC продолжает хранить свой план аварийных мероприятий под сукном. Недостаточная прозрачность и нехватка общественного участия в подобном весьма рискованном проекте может привести к экологическим проблемам, которые повысят финансовые и политические риски, включая и те, от которых должны страховать такие общественные институты, как МФК. Но самое важное здесь то, что до сих пор не был обнародован годовой отчет о мониторинге состояния окружающей среды.